22:39 

Диран
Я готов предугадывать мысли людей и собак. Но мышление устриц - это какой-то мрак.
И опять хронологически неверно, но пусть будет так. Это все произошло уже после возвращения Дерена.



МИР БЕЗ МЕНЯ
Ричард сидел на корточках у края пропасти и ковырял палкой в земле. Алан стоял в стороне, не трогая его и разглядывая оставшийся далеко позади город. Высотки из металла и стекла царапали небо, теряясь в облаках. Их мутной сеткой оплетали трубы скоростного капсульного транспорта. И всем этим можно было бы любоваться, как и садами, скрытыми высокими куполами, или причудливыми арт-объектами нео-искусства, если бы не плотный и сизо-бурый от гари с ржавчиной туман. И если бы не огромные черные провалы раскуроченных взрывами конструкций. Этот мир ничему так и не научился. Более того, на этот раз все зашло слишком далеко.

Между ними и городом раскинулось поле, в котором валялись искореженные обломки техники. Наверное, летательной, да кто ее теперь разберет. Даже надписи не поймешь – язык так изменился за тысячелетия, что был не похож не то, что на английский – ни на один человеческий. И только до смеха привычные лопухи прорастали сквозь разъеденные дождями дыры в полосах гибкого неизвестного Алану металла.

Война изуродовала на этот раз не только город с непроизносимым названием, но и весь мир. В самом серьезном смысле этого слова. Желание заигрывать с квантовой физикой обычно доводило людей только до ядерных пепелищ, которые надолго вразумляли выживших. Местные оказались умней. Они легко перешагнули стадию ядерного оружия, так и не вздумав его применять. Изобретение телепортов, рукотворное вмешательство в изгибы пространства – мир снес многое. До изобретений хронотропых бомб. Эта дрянь не пожалела ни чужих, ни своих, ни ткань мироздания.

Уродливые воронки, смахивающие на черные дыры не просто жестоко убивали людей, зачастую переваривая их вместе с кусками душ, а медленно пожирали мир изнутри.

Ричард все сидел, бороздя острым кончиком прута глинистую землю. Алан подошел ближе и встал за его плечом. Он думал, что Ричард давно уже распрощался со своим миром, отпустил его во всех смыслах. Но, даже если и так, то право чувствовать себя паршиво у него было. Алану самому было мерзко. Так что он дал Ричарду возможность прийти в себя.

Черный булькающий водоворот на дне пропасти тянул вверх протуберанцы, напоминающие живые щупальца, обдирающие вьющийся по скалистым стенкам плющ. Ричард по-детски рисовал солнце и деревья из палочек и кружочков. Алан почувствовал металлический привкус чересчур ярко и сглотнул, но в воздухе было слишком много ржавой взвеси.
Вдруг Ричард тихо заговорил:
– Если долго всматриваться в бездну, то бездна начнет всматриваться в тебя, – он хотел продолжить, но Алан не дал:
– Я думал, ты перерос пафосные статусы для соц.сетей.
– Блядь, Алан…
– И эротические фантазии свои придержи. Нас работа заждалась.
– Иногда я ненавижу тебя, – пробормотал Ричард, вставая и отряхивая руки. – Я ведь серьезно.
Ричард пнул валявшийся рядом обод колеса. Тот с грохотом покатился по уступам, увлекая за собой струйки гравия.

– Хочешь сказать, что у этой дряни есть, чем смотреть?
Ричард сжал губы.
– Видишь во что превратился мой мир?
– А он твой?
Ричард обернулся и посмотрел возмущенно, но Алан не смутился и с нажимом уточнил:
– Уверен в этом?
– Нет, ты прав. – Махнул рукой Ричард. Голос его едва уловимо дрогнул. – Нет у меня мира.
Алан жестче и прохладней повторил вопрос:
– Уверен в этом?
Ричард прикусил губу.
– Прости. Есть. Но… я не знаю как объяснить.
– Это у мира больше нет тебя. И он многое потерял.
– Не в этом дело.

Рич вдохнул глубоко и передернул плечами. Он мерз, несмотря на тяжелую кожаную куртку на плечах.

– Мой мир… мир моего рождения, – перефразировал он, тщательно подбирая слова, – оказался таким.
– Каким?
– Изуродованным. Гнилым. Безнадежным.
– Не более многих других. Просто в этот раз ошибка оказалась роковой.
– Угу.
– Я не понимаю, к чему ты клонишь, – приврал Алан. Он догадывался, но не хотел верить, в то, что Ричард опять принялся за старое.
– Мой хранимый архидемон. И родился я, как оказалось, в одном из самых пакостных миров, какие только видел. И любой мир, куда меня заносило в перерождениях оставлял меня по уши в крови. Преимущественно чужой. Видимо, о чем-то это все-таки говорит.
– О твоей ужасной манере выражаться намеками? – протянул Алан, все еще пытаясь вразумить Ричарда без тяжелой артиллерии.
– Алан!
Ричард развернулся резко, вздымая в воздух клубы пыли и подошел к Алану вплотную. Он смотрел зло и пытался казаться выше. Черты лица поплыли, заостряясь. Алан с тоской смотрел на эти спецэффекты, потому что знал, что за ними нет никаких внутренних демонов. Только помноженные на глубокую личную боль заморочки. Он хотел бы просто потрепать Ричарда по затылку и сказать, что все в порядке.
Но так не работало. Ричард привык пропускать подбадривания мимо себя, не обращал на них внимания и порой приходилось работать глубже. Больней.
Хирургически.

Рич почти шипел. Его голос срывался, но он отчаянно хотел донести до Алана свою мысль:
– Но во мне есть эта тьма, понимаешь? Да, я предпочту сотрудничать со светлыми. Да, я за мир, справедливость. Добрый я. По крайней мере, так принято считать. Я не хочу убивать людей, не жажду крови. Но иногда я стою на краю бездны и знаю, что могу сделать этот шаг. Что наступит момент, когда я буду не в силах или без желания останавливаться. И утяну за собой всех тех, кто мне дорог, ты это понимаешь?
Алан вздохнул поглубже и обхватил ладонями плечи Ричарда, смотря ему в глаза.
– Ты не сделаешь этот шаг. Потому что тебе понадобится мое разрешение. А я его не дам.

Ричард отступил назад, неровно дыша.
– Ну, хватит дурить. – Алан хлопнул его по плечу и, раскинув руки в стороны, просто пошел спиной вперед, пока не ступил за край пропасти, сгущая под ногами пространство.
Он шел с улыбкой и, дойдя до самого центра круговорота, застыл над ним.
– Давай, иди сюда.
Рич медленно последовал за Аланом. С каждым шагом по воздуху над воронкой он шел все уверенней. Словно сказанным Аланом словам нужно было время, чтобы прорасти где-то у него внутри.

Когда он оказался рядом, Алан почувствовал, как его пытаются «незаметно» страховать пространственной магией. Вот это уже было больше похоже на Ричарда.

– Если еще раз вздумаешь размышлять в эту сторону, подумай лучше о том, какой тебе достался Учитель. «Видимо, о чем-то это все-таки говорит», – передразнил Рича Алан.
– Может, это исключение из правила?
– Ну да, ты настолько темный, что когда смотрю в твои глаза, фонарик ищу. То-то у тебя в учениках отражение архангела значится.
– А главное, любовник у меня зашибись какой добрый, – сощурился Ричард.
– Вот, ты уже начал разбираться, – широко улыбнулся Алан. – Ладно, за работу.

Они окружили себя светящимся сложно переплетенным пространственно-временным коконом и рухнули в эпицентр воронки, разрывая ее в клочки.

@темы: Музыка, В одном предложении, Fitful steps on Milky way

URL
Комментарии
2017-05-02 в 01:43 

Natit12-45
У времени мирный характер, но оно неизбежно побеждает (с)
:heart::heart::heart:

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Музыка слова, рисунок танца и текст абриса...

главная